Я.П. Невелев
Невелев Яков Петрович. За чистый город и проядочную власть.
Главная О Невелеве Публикации Предприятия холдинга Банк вакансий Общественная деятельность Фотографии  Газета  "Уральский  Край"  Архив О сайте

Я никогда не

занимался торговлей.

Я производственник

Я.П. Невелев

Путин предложил провести косметический ремонт «суверенной демократии»

Владимир Путин. Фото © РИА Новости, Алексей Дружинин

Никаких сенсаций очередная программная статья премьера не принесла

Митинги ставят вопросы. Кандидат в президенты Владимир Путин дает на них ответы. Чаще письменно, в статьях, но иногда и устно, как на вчерашней встрече с политологами. Очередная статья, четвертая по счету, была опубликована вчера в «Коммерсанте». В ней премьер изложил свои взгляды на демократию, а позже в тот же день развил их перед политологами.

И там, и там речь шла о реформе политической системы. По словам Путина, страна не должна зависеть от воли двух-трех человек. Как этого добиться? Здесь Путин предлагает целый комплекс мер. Во-первых, он намерен наделить законодательной инициативой российское общество. Собрали 100 000 подписей в Интернете (не анонимных) – вносите в Госдуму законопроект. Пройдет ли далее «народный закон» три чтения и будет ли подписан президентом – другой вопрос. Главное – обществу будет дана возможность обеспечивать себя некоторыми законами.

Идея, впрочем, не нова. Ранее право законодательной инициативы было дано москвичам, но за 10 лет обладания им последним не удалось принять ни одного закона: все предложения оказались «ненадлежащего качества», сообщают «Ведомости».

По московским правилам, инициативная группа из 50 человек может внести в Мосгордуму законопроект, если соберет под ним 50 000 подписей. Правда, здесь предусмотрено множество ограничений по тематике. Председатель Мосгордумы Владимир Платонов рассказал, что авторы отвергнутых инициатив не продумывали механизма реализации будущих законов. Брак, в общем. Оно и понятно – непрофессионалы их готовили.

Во-вторых, премьер предложил расширить сферу применения коллективных исков: в кодексе административной юстиции (который Путин пообещал принять в одной из предыдущих статей) появится норма, которая даст общественным объединениям право подавать судебные иски в защиту интересов своих участников. «Это даст возможность гражданину отстаивать свои права, например, спорить с губернатором не в одиночку».

И здесь ничего нового нет. Организации и сейчас могут судиться в интересах своих членов, такое право дает закон об общественных объединениях, говорит председатель Межрегиональной ассоциации правозащитных организаций Павел Чиков. Революция произойдет, если общественники получат возможность судиться в защиту интересов неопределенного круга лиц. Сейчас они не могут этого делать, поэтому часто лишены возможности оспаривать действия органов власти или вынуждены искать лазейки.

Так, чтобы оспорить отсутствие представителей общественности в комиссии по переаттестации высшего начальствующего состава МВД, «Агоре» пришлось подавать заявление с просьбой включить в комиссию представителей организации, а затем оспаривать отказ. И все равно Верховный суд отказался рассматривать заявление, отмечает Чиков и выражает сомнение, что общественным организациям позволят выступать в интересах всего общества, предоставив мощный инструмент давления на органы власти.

А вот с коалиционным правительством, которого домогаются оппоненты, вышла осечка: его не будет «в классическом виде», говорит Путин. Хотя отдельных профессионалов с иными политическими взглядами он туда согласен включать. Это тоже было раньше, только на губернаторском уровне – тот же Никита Белых, например. «Я уже говорил, что мы не исключаем привлечения в правительство людей с разными политическими взглядами. Важно, чтобы это были профессионалы», – сказал Путин.

Будущую систему власти Путин видит так: «Должна быть предпринята попытка придания будущей исполнительной власти, насколько это возможно, максимального доверия со стороны общества, с тем, чтобы общественные структуры, экспертные сообщества понимали, кто наделен властными полномочиями для того, чтобы решать вопросы развития страны в целом и по отдельным отраслям».

Мимоходом на встрече с политологами Путин оценил своих конкурентов на выборах по критерию патриотизма и остался ими доволен. Он уверен, что никто из претендентов никогда не предаст интересы России: «Все – люди с государственным мышлением... Это я говорю ответственно, я знаю их давно, просто в этом уверен... Прохорова тюкают, что он – миллиардер, но мне кажется, что он очень патриотичный. Миронов, Жириновский, Зюганов – тем более».

Но тут же предостерег их от популизма. «Если кандидат предлагает вещи, которые нереализуемы, а потом, будучи президентом, начнет их реализовывать, ничего, кроме вреда, не будет».

Напомнил Путин в статье и о собственных заслугах, которые общество стало понемногу забывать. Сделано это было мягко, но недвусмысленно: «Сегодня наше общество совсем другое, чем в начале 2000-х годов. Многие люди становятся более обеспеченными, более образованными и более требовательными. Изменившиеся требования к власти, выход среднего класса из узкого мирка строительства собственного благосостояния – это результат наших усилий». И добавил: «Мы на это работали».

Владимир Путин относит в свой актив преодоление в первое десятилетие 2000-х «как открытого, так и латентного «ползучего» сепаратизма, сращивания региональной власти с криминалом, националистическими группами». И напоминает, что страна сегодня возвращается к прямым выборам губернаторов.

Путин не скрывает свою нелюбовь к партиям, замечает «Независимая газета», но предлагает ряд конкретных мер, которые вполне могут поспособствовать партстроительству в России. «Конкуренция – это нерв демократии, ее движущая сила», – пишет он. И тут же делает оговорку: «Если такая конкуренция отражает реальные интересы социальных групп, она многократно усиливает «мощность» государства». Однако кто возьмется подсчитать, насколько реально или нереально отражает политическая конкуренция интересы социальных групп?

Путин предлагает создать «понятный, оперативный и открытый для общества механизм выработки, принятия и реализации решений», логично отмечая, что «одна из главных тенденций современного мира – это усложнение общества»: «Одно из важных решений здесь – это развитие саморегулируемых организаций (СРО), компетенции и возможности которых должны расширяться».

Дублером естественной партийно-политической системы выглядит в статье Путина система общественных советов при ведомствах. Надо, утверждает премьер, сделать так, чтобы их состав формировался не начальниками ведомств, а, например, Общественной палатой, забывая, что ее саму формируют начальники поглавнее.

Путин предлагает внести в законодательство норму, в соответствии с которой за грубое или неоднократное нарушение стандартов госслужащего могут дисквалифицировать: «Плохо работающий чиновник должен быть не просто уволен, а на несколько лет лишен права быть государственным или муниципальным служащим».

Далее поднимается «животрепещущий» вопрос Счетной палаты. Было бы правильно, замечает премьер, законодательно закрепить новый порядок выдвижения кандидатур на должности ее председателя и аудиторов. А главное, Путин порекомендовал парламентариям «подумать над наполнением реальным содержанием заложенной в законе процедуры парламентских расследований».

Интересно, что эта важная функция любого демократического парламента была практически ликвидирована в нулевые, и сегодня нам нечего вспомнить из парламентских расследований, кроме беспомощных попыток сенатора Александра Торшина расследовать теракт в Беслане и вялых усилий думцев установить причины катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС.

В области борьбы с коррупцией Путин предлагает проверять чиновничьи декларации. Он уверен, что в перечень требований к чиновникам надо включить еще и такие вопросы, «как место фактического проживания, источники оплаты отдыха и прочее. Здесь полезно посмотреть на антикоррупционные практики стран Европы: они умеют отслеживать такие вещи».

Однако он ничего не сказал о том, почему Госдума многие годы отказывается ратифицировать ст. 20 Конвенции ООН по противодействию коррупции и когда она наконец будет подписана. Ратификация ее продвинула бы решение проблемы, но этот шаг требует четко выраженной политической воли, которой пока нет.

От статьи в целом остается впечатление, что проблемы в ней рассматриваются важные, но не первостепенные. Хотелось бы прочитать и о других вопросах... Это как у Бабеля: «Беня говорит мало, но он говорит смачно. Он говорит мало, но хочется, чтобы он сказал еще что-нибудь».

© Романов Александр 07.02.2012Первоисточник публикации.