Я.П. Невелев
Невелев Яков Петрович. За чистый город и проядочную власть.
Главная О Невелеве Публикации Предприятия холдинга Банк вакансий Общественная деятельность Фотографии  Газета  "Уральский  Край"  Архив О сайте

Я никогда не

занимался торговлей.

Я производственник

Я.П. Невелев

Сказки пиарного леса

 

Конфликт между двумя ведущими фигурантами российской политики грозит обоим чрезмерными рисками

Игры пера и топора

И президент, и премьер недавно почти синхронно заявили в очередной раз об отсутствии у них четких политических замыслов на 2012 год.

Однако все подобные заявления не мешают мастерам большого пиара вести свои увлекательные игры, условно разделившись на две соревнующиеся группировки, которые можно условно назвать командами П и М.

На протяжении всего первого игрового года преимущество команды П было очевидным.

Стандартная телекартинка той поры, изображающая ту или иную встречу двух первых лиц без подчиненных, компоновалась следующим образом:

Медведев слева, показывается вполоборота, с затылка, Путин справа, лицом к экрану. Между ними – наклонная плоскость стола, направленная снизу, от президента – наверх, к премьеру, который таким образом занимает доминирующее положение в кадре.

Заседания Совета безопасности, где президент председательствует, а премьер сидит сбоку от него, показывались так, что лицо премьера скрывалось за другими лицами, а иногда Путин и вовсе отсутствовал на таких кадрах. Примерно так же строились и другие видеоряды, в которых глава правительства мог показываться выше главы государства или на одном с ним уровне, но никогда не оказывался в позиции, указывающей на подчиненное положение второго лица по отношению к первому.

Попытка отыграть в пользу президента пиаровские возможности, открывшиеся в августе

2008 г. в связи с известными событиями вокруг Южной Осетии, оказалась не слишком успешной, хотя самому Медведеву очень нравилось позировать в облике крутого парня. Придворным пиарщикам не удалось вооружить его крепким и запоминающимся слоганом типа путинского «замочить в сортире». К тому же российское массовое сознание не могло признать грузин по-настоящему опасными врагами, да и могут ли по большому счету исполнять роли таких врагов соплеменники Петра Багратиона, Иосифа Сталина и Мелитона Кантарии?

Гораздо убедительнее выглядит имиджевый маскулинизм премьера, усердно культивируемый командой П и отменно сочетающийся с неизменным путинским стремлением подкрепляться натуральным адреналином, летая на истребителях, катаясь на горных лыжах, участвуя в ловле тигров и гоняясь на резиновой лодке за китами, заплывшими в Охотское море.

Выигрышные очки команда М стала набирать весной этого года на украинской теме в процессе оформления договоренностей по Севастополю и Черноморскому флоту, где президент РФ уверенно солировал как успешный проводник российских государственных интересов на постсоветском пространстве. Попытки премьера пристегнуться к этому успеху (в частности, посредством сугубо пропагандистской инициативы объединения «Газпрома» и «Нафтогаза») оказались неуспешны.

Счет практически сравнялся; рейтинговые результаты соц-опросов показывают, что граждане России примерно в равных долях одобряют деятельность Медведева и Путина, не отдавая явного предпочтения ни одному из них.

Однако любому опытному политтехнологу ясно, что такое равновесие в значительной мере обусловлено возрастающим равнодушием электората к обоим – и к тому, и к другому, каковых признают как приемлемую и неизбежную реальность при отсутствии даже намека на возможность чего-то иного и значительно лучшего.

Обе команды вынуждены сейчас искать нетривиальные пиар-решения, используя остросюжетные ситуации текущего бытия для демонстрации народолюбивых устремлений президента и премьера.

Пиаристы Медведева, по всей видимости, решили воспользоваться конфликтом, развивающимся вокруг Химкинского леса. Конкретный геодезический вопрос приобретает теперь высокую политическую значимость, и любое его решение будет истолковываться как знаковое применительно к взаимоотношениям в тандеме носителей верховной власти и к электоральным перспективам 2011–2012 гг.

Но обыграть данный сюжет пиарщики М смогут лишь при условии, что трасса реально пойдет по одному из пяти маршрутов, альтернативных тому, против которого восстала химкинская экологическая общественность. Если же недорубленную просеку в конечном итоге дорубят в соответствии с ранее утвержденными планами, личное вмешательство Медведева обернется не триумфом доброй воли президента, а конфузом.

Между тем прокладка магистрали по маршруту, изначально одобренному правительственными структурами, весьма желательна для Путина (формально оставшегося в стороне от конфликта) по целому ряду соображений, не только имиджевых, но и конкретно-экономических. Таким образом безобидные пиар-игры подводят в данном случае к опасной развилке интересов Медведева и Путина.

Эту ситуацию без особого успеха пытался обыграть Лужков, когда его мэрское положение оказалось гораздо хуже среднего по РФ губернаторского. Всем известный результат такой попытки убеждает, что намеченная пиаром расщелина в монолите верховной власти пока еще относится к разряду объектов виртуальной, а не реальной политики.

Ключи власти

За минувшие два с половиной года Дмитрий Медведев вполне освоился в президентском кресле и органично вписался в круг лидеров крупнейших государств. Он выдвинул множество полезных инициатив и подписал массу актуальных указов.

Но ни одного министра Медведев до сих пор не назначил и не уволил по собственной инициативе. По сути, правительство и остальные структуры верховной власти сохраняют тот облик, который они имели в первой половине 2008 года. Для сравнения: Владимир Путин за такой же срок в 2000–2002 гг. перешерстил значительную часть правительственной команды, наполнил «своими людьми» весь силовой блок и уже готовился к удалению «не своего» премьера Касьянова, слишком красиво светившегося в СМИ.

Временами Медведев изливает свое недовольство (на то он и президент) на те или иные ведомства, допускающие те или иные оплошности. В ряде случаев государев гнев приводит к опалам и отставкам – но не на министерском уровне, а ниже. В жертву приносятся чиновники рангом не выше заместителей министров, а шефы ведомств остаются на своих местах.

Из этого следует, что третий Президент РФ имеет лишь ограниченные возможности в сфере кадровой политики в отличие от своих предшественников, осуществлявших сильные рокировочки по своему личному усмотрению.

По всей видимости, соответствующее ограничение прерогатив главы государства было установлено заключенным на рубеже 2007–2008 гг. неформальным соглашением между Путиным и Медведевым, на условиях которого первый выдвинул второго кандидатом на пост президента РФ.

В бюрократической иерархии самым главным начальником признается тот, кто самолично назначает и увольняет других начальников (как это делали в свое время Ельцин и Путин, а до них – всемогущие генсеки ЦК КПСС). Сейчас кадровые изменения в высших эшелонах власти осуществляются по согласовательной процедуре под совместным контролем президента и премьера.

В начальный период медведевского президентства аппарат Путина монопольно удерживал важнейшие функции инициатора кадровых решений, аппарат Медведева занимался, в основном, окончательным оформлением – там, где законодательные нормы требуют президентской подписи. Поэтому в глазах чиновной массы Путин был несколько главнее Медведева. Такое распределение функций не могло удовлетворить Медведева, а также многих представителей высшей бюрократической среды, связавших свои карьерные судьбы с третьим президентом РФ.

К настоящему времени выше-указанный порядок эволюционировал в сторону усиления роли президентской администрации – по крайней мере в процессе формирования губернаторского корпуса. В консультациях по кандидатурам назначаемых областеначальников аппарат Медведева участвует на всех этапах. Таким образом, правящая партия (то есть вспомогательный аппарат премьера Путина) предлагает президенту на выбор лишь тех кандидатов, которых глава государства уже предварительно одобрил.

В данном контексте можно обратить внимание на недавнюю смену руководства «Роснефти», которая была проведена по скоропоспешному указанию Медведева без каких-либо признаков административной грации, свойственной путинским кадровым решениям. Удаленному с должности Сергею Богданчикову не подготовили никакой новой должности, хотя никакие претензии к его менеджерской деятельности не предъявлялись. Может быть, все дело в том, что он считается креатурой Игоря Сечина, чьи позиции таким образом пытаются ослабить?

Характерная деталь: назначенный вместо Богданчикова новый глава «Роснефти» Эдуард Худайнатов в свое время работал в системе «Газпрома» (с которым у нынешнего президента, как известно, сложились особые отношения).

Не исключено, что в данном случае дело идет и о чем-то большем, нежели лакомое место начальника крупной госкомпании. Не пытается ли окружение Медведева явочным порядком расширить прерогативы президента и в отношении кадров, контролирующих государственный сектор экономики?

Формула власти на 2012–2018 годы: М+, П+ или М + П?

В последнее время по тусовочным площадкам столичных пиарщиков прошелестел слух, что Путин в 2012 году будто бы не собирается баллотироваться в президенты и не будет поддерживать Медведева, а выдвинет некоего третьего кандидата. Например, неизменно популярного Сергея Шойгу.

Версия достаточно нелепая – хотя бы по той причине, что на президентском посту фигура Шойгу (властного и амбициозного администратора) была бы далеко не комфортна для премьера Путина. Но выдвижение данной версии (если предположить, что соответствующая утечка информации инициирована в достаточно компетентных кругах) следует рассматривать как некий сигнал, поданный самым ретивым медведевским окруженцам со стороны влиятельных сил, протежирующих команду П. Дескать, не зарывайтесь ребята, а то и без вас обойдемся. Но это в значительной мере блеф. Медведева с его нынешним авторитетом в элитарной среде, с его рейтингами общественной поддержки не выкинуть запросто из большой политики, как это сделали, например, с Касьяновым.

Гипотетически возможный открытый конфликт между двумя ведущими фигурантами российской политической арены грозит им обоим чрезмерными рисками. Ни у одного из них не было бы в таком конфликте стопроцентных шансов на победу. А неизбежный при этом раскол элиты дестабилизировал бы общую политическую ситуацию в РФ, отбросив страну к реалиям незабываемых девяностых годов.

Поэтому и Путин, и Медведев должны будут в следующем году договариваться о том, как жить дальше. Надежной основой для нового соглашения о дружбе, сотрудничестве, ненападении и разделении полномочий может стать лишь обновленная тандемная конструкция, где оба лидера останутся на прежних местах (поскольку вариант, при котором они поменялись бы местами, явно непроходной).

Однако далеко не факт, что Медведев согласится оставить прежние границы, разделяющие сферы административного влияния двух первых лиц государства. Путин же не сможет уступить Медведеву слишком многое из своих нынешних рычагов власти. Иначе самодостаточный национальный лидер может превратиться в ординарного чиновника (какими были, по существу, его предшественники на премьерском посту). В чиновника, которому поручают поручения, требуя отчета об их выполнении, которого вызывают на ковер и в любой момент могут уволить, чтобы освободить место для более достойного, по высочайшему мнению самодержавного главы государства.

Медведеву и Путину, таким образом, придется в следующем году вырабатывать непростое компромиссное решение, открывающее возможность для их устойчивого политического сосуществования. На окончательную формулу такого решения могут повлиять самые различные обстоятельства, в том числе и такие, которые возникают в результате активности двух условно соревнующихся пиар-команд.

Идейные вдохновители команды М, настроенные на ожидание радикально-либеральных перемен, старательно окрашивают имидж Медведева оттенками радужных надежд. Они не без оснований рассчитывают, что их кумир обретет поддержку в кругах отечественной бизнес-элиты, где даже после всех равноудалений не переводятся желающие поиграть в большую политику на общероссийской арене, а еще лучше – в уютном закулисье, где можно решить многие частные вопросы за государственный счет.

Сам Медведев подыгрывает соответствующим настроениям, продвигая по службе амбициозных либерал-бюрократов и наполняя свою администрацию выходцами из отечественного имущего класса.

Однако в непрозрачной сфере аппаратных отношений (где, по всей видимости, будет решаться ключевой вопрос о распределении полномочий в правящем тандеме после 2012 года) потенция либерально-буржуазных кругов несравнима с мощью чиновничьей среды, ориентированной в основной массе на авторитет Владимира Путина.

Куда же еще пойти пиарщикам команды М, к кому обратиться за поддержкой в неравной борьбе роковой? Может, взять пример с жителей Химок да и податься в партизаны? Ведь по всей Руси разбросаны проблемные дебри с непроходимыми бюрократическим завалами.

© Александр ГОЛОВКОВ 26.04.2011Первоисточник публикации.